9-06-2016, 21:47
Леонид Плоткин
1 953

Лето 1941-го года. Бой на станции Свислочь.


3rd Panzer Division (Wehrmacht) - Wikipedia

Есть на железнодорожной ветке Могилев – Осиповичи станция Елизово. Только до войны она называлась Свислочь. По имени расположенного неподалеку местечка Свислочь у впадения реки Свислочь в реку Березина. А в нескольких сотнях метров от станции стояли хаты рабочего поселка Октябрь, который после войны переименовали в Елизово. А за поселком виднелся железнодорожный мост через Березину. Мост охранялся гарнизоном войск НКВД.

А теперь вернемся в 1941-й год. Немецкие танки стремительно двигались на восток. Первой вышла к Березине у Бобруйска 3-я танковая дивизия. Это произошло 28 июня 1941 года. Мосты были разрушены, и немецким саперам пришлось задействовать несколько понтонно-мостовых парков. Однако одной переправы было мало и в штабе 2-й танковой группы решили, что неплохо бы стремительным броском взять под свой контроль мосты в районе ст.Свислочь, пока их не взорвал противник.

29 июня 1941 года в 20-30 по местному времени находящийся на марше в районе Пастовичи( в нескольких км восточнее Ст.Дороги) 1-й батальон 12-го мотополка 4-й танковой дивизии вермахта получает приказ: ускоренным маршем двигаться до д.Углата, после чего захватить автодорожные мосты через Свислочь и Березину у д.Свислочь и железнодорожный мост через Березину у пос.Октябрь и удержать их до прихода основных сил.

Из журнала боевых действий 4-й танковой дивизии вермахта:


30 июня. Совершив 40-километровый ночной марш-бросок, немцы в 4-00 входят в д.Углата. Еще ранее к железнодорожному мосту через Березину отправляется отделение саперов при поддержке взвода мотопехоты с 6-ю пулеметами и одного противотанкового орудия. Они без боя захватывают мост и начинают сооружать завал на путях с восточной стороны. В это время к мосту со стороны ст.Тачанка подходит советский бронепоезд и открывает огонь. Немцы отступают на западный берег, но держат мост под обстрелом. Рота мотострелков, усиленная двумя противотанковыми орудиями и 6 минометами в 5-45 достигает м.Свислочь и берет под охрану мосты.

С этого момента боевые действия в этом районе разворачивались в трех разных точках и по разным сценариям.

На ст. Свислочь, что в 500 метрах от железнодорожного моста ,располагаются 8-й и 14-й батальоны железнодорожных войск. Они спокойно спят в казармах.

Вот как описывает ситуацию участник тех боев, политрук роты А.Воронов:


« Утром 30 июня наши походные кухни поехали к реке Свислочь, чтобы набрать воды для приготовления завтрака. Отъехав от станции метров пятьсот, ездовые увидели немецкие танки. Фашисты из пулеметов обстреляли кухни, убили лошадей. Прибежав на станцию, ездовые рассказали о случившемся. Батальоны заняли позиции для обороны станции».


Из отчета командира 1-го батальона 12-го мотополка майора Хофмана:


«Основная часть батальона приближалась по шоссе к путепроводу через железнодорожный путь, когда с запада на станцию въехал русский бронепоезд. Было это в в 5-00.Расчет противотанковой пушки, занявший позицию прямо на путепроводе, опасаясь, что бронепоезд может проследовать дальше на мост, открыл огонь по паровозу. Четыре попадания в котел паровоза вывели его из строя. Станция окуталась паром. По бронепоезду также был открыт огонь из пулеметов со стороны шоссе и с опушки леса к югу от станционных путей. Противник ответил пулеметным огнем по путепроводу. Несмотря на это, взвод тяжелых пулеметов из 4-й роты перешел путепровод и занял позиции к северо-востоку от станции, обеспечивая правый фланг батальона».


Тут следует сказать, что я сначала не поверил, что в таком глухом месте может быть построен путепровод через одноколейный путь. Однако на фотоснимках этот путепровод ясно виден. Для чего его построили в месте, где автомобиль пересекал ж/д путь несколько раз в сутки, остается загадкой.

Про бронепоезд немцы тоже преувеличили. Фактически это был состав из трех зенитных батарей на железнодорожном ходу, нескольких товарных вагонов и паровозов, которых перегоняли в тыл. Находящийся в транспортном положении зенитный дивизион не представлял существенной опасности, хотя и имел на вооружении 12 зениток,12 бортовых пулеметов и 6 зенитных пулеметов. Чтобы перевести в боевое положение такой дивизион, требуется время, тем более, что неясно, ехал ли в этот поезде личный состав дивизиона и находился ли в вагонах необходимый боезапас.

Из отчета командира 1-го батальона 12-го мотополка майора Хофмана:

«Бронепоезд после выстрелов нашей противотанковой пушки открыл огонь из всех видов оружия. Через 20 минут 2-я рота сообщила, что противник атакует её левый фланг и оттеснил его к шоссе. Рота, по которой противник вел огонь с трех сторон, отошла в подлесок. Пришлось ввести из резерва 1-ю (бронетранспортерную) роту, в результате огня которой противник был выбит из леса.

В 6-00 с запада на станцию прибыл грузовой состав, пришлось опять поработать противотанковой пушке. Прибывшие на поезде русские стали спрыгивать с вагонов по обе стороны пути и вступать в бой. Однако из-за нашего пулеметного огня противник понес большие потери.

Еще во время боя с бронепоездом, русские стали накапливаться в лесу севернее станции. В 5-50 они начали атаку в сторону шоссе, чтобы потом, перебравшись через ж/д путь, выйти на позиции 2-й роты. Те русские, что остались на станции,пробирались группами через ж/д пути, пытаясь наступать на юг. Появилась необходимость ввести в бой всё тяжелое вооружение 5-й роты и тяжелые минометы 4-й роты. Им в ходе боя приходилось постоянно менять позиции. Из-за нехватки патронов и снарядов нам пришлось ослабить огонь, после его противник активизировал свой действия.

В 16-30 в наше распоряжение прибыла танковая рота, которая сразу вступила в бой. Как раз в это время с запада на станцию прибыл ещё один грузовой состав. После того как танки начали обстрел станции, напор противника ослаб и батальону удалось удержать позиции».


Политрук Воронов запомнил бой на станции таким:

«В пять часов утра около двадцати немецких танков развернулись по фронту, въехали на станционные пути и сходу открыли огонь по первой траншее нашей обороны на противоположной стороне станции. Началась бесперебойная стрельба с обеих сторон. Танки противника, боясь продвижения, встали и открыли пальбу из пушек и пулеметов.

Пехота врага оказалась трусливой. Фашистские солдаты прятались за танки, стреляли из автоматов и пулеметов не прицеливаясь. Вероятно, надеялись взять нас на испуг. Но не тут-то было.

В шесть часов утра на станцию Свислочь на бронепоезде прибыл командир 6-й отдельной железнодорожной бригады полковник Терюхов с офицерами штаба. Экипаж бронепоезда открыл огонь по фашистским танкам. Через некоторое время Терюхов с командиром 8-го отдельного железнодорожного батальона майора Колеговым, офицерами, приехавшими с ним, покинули поле боя.

Около 10 часов утра к нам на помощь пришел второй бронепоезд, открыл огонь по танкам противника. Пальба двух бронепоездов, стрельба из траншей обороны частыми атаками на прорыв взводами и ротами в разных местах станции обеспечили переход инициативы к нам.

Немецкое командование запросило поддержку и получило ее. К полудню прибыло подкрепление – подразделение шестиствольных минометов. Появились вражеские самолеты, которые сбрасывали на нас противопехотные бомбы. В этой ситуации мы приняли решение выходить из боя, сознавая, что нанесли врагу ощутимый урон в живой силе и танках. Фашисты поняли, что русских на испуг не возьмешь».


Итак, перед нами официальный отчет, составленный на второй день после рассматриваемых событий, и ни к чему не обязывающие воспоминания политрука учебной роты, записанные журналистом много лет спустя. Я всё-таки отдаю предпочтение документу.

Воронов помнит, что на станции были танки, но появились они не пять утра, а намного позже. Поэтому прибывший в 6-00 бронепоезд не мог вести огонь по немецким танкам, хотя куда-то он стрелял. Не появлялось к полудню и подразделение шестиствольных минометов, его просто не было в составе 4-й танковой дивизии. До прибытия в 16-30 танков бой на станции вел только 1-й батальон 12-го мотополка. Неизвестно откуда у Воронова появился в 10-00 и второй бронепоезд. Если он имеет ввиду тот бронепоезд, что с утра стоял перед ж/д мостом на восточном берегу Березины, то принять участие в бою на станции он не имел возможности. По словам немцев, он не причинил им особого вреда, ведя время от времени беспокоящий огонь по подходу к восточной стороне моста.

Если говорить о потерях, то по отчетам немцев, они потеряли 30 июня 24 человека убитыми и 39 ранеными. С их же слов, русские потеряли убитыми около 200 человек, однако много их осталось лежать неучтенными в лесу среди деревьев и кустарников.

Леонид Плоткин,
специально для сайта masheka.by


А давайте обсудим эту тему - напишите комментарий!