4-02-2015, 11:03
Леонид Плоткин
4 735

История Могилева : ещё до войны. Вспоминает Леонид Кагановский


 

Леонид Кагановский живет в Израиле, в небольшом городке Афула. А когда-то, много лет назад, ещё ребенком, он бегал с друзьями по Пожарному переулку и улице Ленинской. Играл в  тесных дворах  старого города и посещал кружки в  Доме пионеров, что на  площади, которая нынче переименована в площадь Славы, а раньше называлась Советской.

 

Из воспоминаний Л.Кагановского:

 

Я родился в 1927 году в Москве, а в Могилев попал в 1930 году, когда отца после окончания техникума направили на кожзавод, где он начал работать в должности сменного мастера. Вскоре отца на кожевенном заводе избрали секретарем партийной организации,  затем его перевели на фабрику искусственного волокна им. Куйбышева,  где он работал  сначала секретарем партийной организации, а с 1936 г., в 32 года, его назначили директором этой фабрики, где он и работал до начала войны.Вы, наверно удивитесь,  что мой отец сделал такую карьеру. А между тем, он был круглым сиротой, родом из бедной многодетной семьи где-то под Киевом. Родителей потерял в годы гражданской войны, бродяжничал и беспризорничал, потом подростком добрался до Москвы, там попал в детдом. Учился, окончил  техникум, женился.

Хочу описать, каким был город Могилев в довоенные годы. Поселились мы в небольшой комнате коммунальной квартиры одноэтажного деревянного дома по ул. Ленинской 59, напротив  здания банка (дом не сохранился). В этом доме проживали три семьи при общей кухне. Из коммунальных услуг на кухне был только водопровод. Общественный туалет был во дворе смежного дома. Зимой наша комната обогревалась дровяной печью. Еда готовилась на керосиновом примусе. Вечерами комната освещалась керосиновой лампой. Только через несколько лет у нас появилась электрическое освещение - лампочка “Ильича” и радиоточка в виде черного картонного диска. Примерно в таких условиях проживало большинство жителей Могилева. Я ходил в детский сад, который находился в районе нынешнего центрального универмага.

Из игрушек помню, что когда мне было 5 или 6 лет, родители купили мне детский металлический конструктор, состоящий из большого количества деталей. Из этих деталей при помощи болтов и гаек я собирал различные конструкции: тележки, подъемные краны, башни, мосты и другие сооружения. Это была моя самая интересная игра. Может эта игра и повлияла  на выбор профессии: я долгое время работал конструктором в Научно – исследовательском и проектном институте “Укрниипроектстальконструкция”,где создавал новые конструктивные решения строительных металлоконструкций. Участвовал в проектировании и строительстве высотных сооружений, в том числе уникальных, таких, как телевизионная башня в Киеве, был активным изобретателем.

В 1935 году наша семья переехала в двухкомнатную квартиру дореволюционного двухэтажного дома №10 в Пожарном переулке. В этой квартире были три печи: одна русская на кухне, в которой готовили обед, и по одной печи в комнатах для обогрева. Мы, директорская семья, как и все остальные жильцы, пользовались общественным туалетом, который находился во дворе смежного дома по Ленинской улице №28. В нашем дворе находился сарай, где хранились дрова, которые заготавливались с лета, а зимой ежедневно нужно было их приносить на второй этаж дома для печного отопления.

Недостатком в то время было то, что в квартире не было туалета и ванной комнаты. В начале 1941 года нам построили туалет. Отец со мной мылись в отдельном номере фабричной бани, а мать с сестрой мылись в городской бане. В таких жилищных условиях жили многие руководящие работники. Конечно, отец мог получить более благоустроенную квартиру, например, в доме Казановича или в новых ведомственных домах, которые строились в районе фабрики. Но, как я полагаю, этого не случилось, так как “атмосфера” в то время была такова, что в случае ареста отца, нашу семью выселили бы из этой квартиры.

Отец зарабатывал, насколько я помню, тысячу рублей в месяц. Никаких побочных доходов не было. Этих денег хватало на скромную жизнь. В последнее время перед войной у нас был хороший радиоприемник, патефон с пластинками, которые отец привез их Москвы.

В 1935 году я поступил в 1-й класс русской школы № 12, которая находилась по адресу Пожарный переулок №7. В этой школе я и окончил перед войной 6 классов. Здание школы сохранилось, как мне сказали, в нем долгое время размещался городской Дом учителя. Классным руководителем с 1 по 6 классы была Мария Самуиловна (фамилию ее не помню). Она преподавала русский язык и литературу. Из одноклассников помню моего друга Леонида Закашанского и самую красивую, на мой взгляд, девочку класса Галину Трусову. Леонид Закашанский жил в одноэтажном доме по Ленинской улице № 57. Я с ним даже ходил в один детский сад.Учились мы в первую смену, в классе было примерно 20 учеников. Система оценок в школе в то время – отлично, хорошо, посредственно и плохо. Я не был отличником, скорее хорошистом. О школе у меня остались лучшие воспоминания. После школы большую часть времени я проводил во дворе дома, общаясь с соседскими ребятами. Играли в войну, обсуждали важные события – спасение “папанинцев” с дрейфующей льдины в Арктике, перелет Чкалова, Байдукова и Белякова в северную Америку, приход Гитлера к власти в Германии и другие. Из моих друзей по двору помню Бориса Равина, его сестру Иду, Леонида Пинского, его сестру Фиру. После войны я узнал, что вся семья Пинских погибла в могилевском гетто.

Кроме школы я занимался в кружках Дома пионеров: судостроительном, шахматном, гребле на шлюпках, фото, самолетостроительном, где мы из бамбука делали модели самолетов с резиновыми моторчиками. Дом пионеров находился в бывшем губернаторском доме на Советской площади. К сожалению, дом не сохранился.

Жилые дома в городе были в основном ветхие, дореволюционной постройки, без коммунальных удобств. Все улицы покрыты булыжником. Общественный транспорт на конной тяге - летом извозчики, зимой сани. Было и несколько автобусов, ходивших по Первомайской, но мне они особо не запомнились. Перед войной фабрика получила новый легковой автомобиль Горьковского автозавода модели «М1»,или, как его назвали в народе  «Эмка»,на котором мой отец и ездил, как директор. Если  надо было в Москву, в главк, то на «Эмке» отец ехал до Орши, а там пересаживался на  московский поезд. Я это помню, поскольку однажды отец меня взял с собой в Москву. Вторая «Эмка» в городе  была у первого секретаря обкома.

Помню я и немцев принимавших участие в строительстве шелковой фабрики. Они как раз жили неподалеку от нас, в гостинице в Пожарном переулке. Иногда я с ним встречался в столовой, куда они ходили обедать. Столовая, где мы брали обеды на дом, размещалась в доме Казановича, так он назвался до  революции и после.

На месте кинотеатра “Родина” была водокачка в виде кирпичной башни, к которой подъезжали водовозы (телега с большой деревянной бочкой) набирали воду и развозили по городу. Зимой рядом с водокачкой заливали каток. Помню первое в городе асфальтирование - Комсомольской улицы. Из смолы и песка варили в больших чанах асфальт и тут же в горячем виде укладывали на дорогу. Первый светофор в городе был установлен на перекрестке Ленинской улицы и Пожарного переулка. Помню городскую библиотеку которая размещалась в двухэтажном доме по ул. Ленинской №39, куда я записался .Там я брал книги  на дом, помню, что  среди них были “Война и мир” Л. Толстого и “12 стульев» и «Золотой теленок” И. Ильфа и Е.Петрова. Помню, как мама впервые привела меня в городской театр на спектакль “Профессор Мамлок”.В нашей квартире был телефон, я даже помню его номер– 85 – 77.

Запомнилось и открытие  кинотеатра «Родина». Нашу семью пригласили на первый сеанс, поскольку  фабрика оказывала какую-то помощь в строительстве кинотеатра. Врезалось в память и название фильма – «Светлый путь».

Городской стадион находился на краю города, там, где сейчас  автовокзал и здание швейной фабрики. Там проходили соревнования по футболу, легкой атлетике и другим видам спорта. Отец купил мне двухколесный велосипед и на стадионе научил меня ездить. Вначале, когда я не доставал до педалей, вместо седла наматывали тряпки. Однажды я и мой друг Закашанский на велосипедах доехали до  деревни Солтановки. Было нам тогда по 11 лет. С велосипедом я не расстаюсь и сейчас в Израиле.

Местом общения молодежи в то время был парк им. Горького, где была танцевальная площадка. Играл духовой оркестр. Танцевали модные в то время западноевропейские танцы – фокстрот, танго и вальс.  

Несколько лет до войны я проводил летние каникулы в пионерском лагере фабрики искусственного волокна, который находился  у д. Солтановка. Там же находился и летний дом отдыха фабрики, где несколько раз проводили отпуск и мои родители.

За несколько дней до начала войны по Первомайской улице проходили части Красной Армии. Война началась 22 июня 1941, было воскресенье, я с ребятами играл в футбол во дворе дома по ул. Ленинская № 53, который находился рядом со зданием банка. Прибежавший к нам парень сообщил, что сейчас по радио выступит Молотов с важным  сообщением. Советская пропаганда внушала всем, что наша Красная Армия самая могучая, что если завтра война, то мы будем воевать на территории противника и быстро победим врага. Через несколько дней немцы бомбили Могилев.

В это время мой отец болел тифом, он лежал дома и по телефону руководил демонтажем ценного оборудования фабрики и эвакуацией людей. Примерно 1 июля, когда уже в Могилеве не работала железная дорога, к нам приехал на грузовой машине друг отца, начальник милиции города со своей семьей. Вместе с ними наша семья (папа, мама, 5 летняя сестра и я) поехала в направлении гор. Кричева, где предполагали, что там еще действует железная дорога. В это время в Могилев хлынула толпа беженцев, в основном из Минска. Когда мы переехали за Днепр, нашу автомашину забрали военные, после чего мы влились в толпу беженцев. По дороге нас обстреливали из пулеметов, летящие на бреющем полете, фашистские самолеты. Обезумевшие женщины теряли своих детей. Дети теряли своих родителей. Были убитые и раненые.

3 июля мы пришли в гор. Пропойск, где по радио услышали речь Сталина, в которой он обратился к народу со словами “братья и сестры”. Следующим утром мы продолжили путь, и через несколько часов увидели сзади большой пожар – горели деревянные дома Пропойска. Проходя деревни, мы наблюдали, как местные жители резали скот и бесплатно раздавали мясо. На 5 день мы пришли к вокзалу гор. Кричев. Там мы узнали, что поезда на восток уже не ходят, так как немецкий десант захватил участок железной дороги. В это время у вокзала стоял состав поезда, состоящий из вагонов с открытыми платформами. Мы сели на платформу. Ночью к составу присоединили паровоз, и поезд тихонько поехал. По дороге нас бомбили немецкие самолеты. Через несколько дней  мы проехали города Калугу и Тулу. Там нас накормили и напоили местные жители.

В конце концов, мы оказались в поселок Арамиль, Свердловской области, где собирали эвакуированное оборудование и специалистов родственных фабрик искусственного волокна для строительства новой фабрики. Отец был назначен заместителем директора этой фабрики.В 1943 году отец  попросился на фронт. Его направили на учебу в военную  политическую академию им. Ленина, которая находилась в то время в гор. Халтурин, Кировской области. После кратковременной учебы его направили на фронт в должности политрука полка. В феврале 1944 года мой отец, старший лейтенант Кагановский Овсей Львович, парторг 1344-го сп 319-й  сд, был убит в бою  в районе д.Заболотье Новосокольничского района Калининской области. Уже в зрелые годы я нашел  и потом  неоднократно посещал братскую могилу, в которой он захоронен. 

 

 

Кагановский Овсей Львович, директор  Могилевской фабрики искусственного волокна в 1936-1941 г.г.

 

После войны наша семья переехала в гор. Киев, где моя мать организовала первый послевоенный детский сад на восстанавливаемой фабрике искусственного волокна. С 1948 по 1993 год я работал в Научно – исследовательском и проектном институте “Укрниипроектстальконструкция. С 1993 года я живу в Израиле.

 

Послесловие.

Осенью этого года Леонид Кагановский осуществил свою давнюю мечту: побывать в городе своего детства. Целую неделю ходил по  Могилеву. Его приятно удивили  городские здания, парки, улицы, площади, стадион “Спартак”, учебные заведения и особенно лица могилевчан. Он просил нас передать  дорогому для него городу, что желает Могилеву дальнейшего процветания и благополучия.


На иллюстрации к статье - Кагановский Овсей Львович, директор  Могилевской фабрики искусственного волокна в 1936-1941 г.г.


Друзья, оцените данную статью и оставьте свой комментарий по этой теме!