2-07-2019, 20:43
Retroman
164

Освобождение Могилева: вспоминает генерал Кириллов. Часть 2



Вспоминает Кириллов Иосиф Константинович, генерал-майор, командир 139-й стрелковой дивизии в июне 1944 года:



Группа двинулась двумя колоннами: через совхоз «Утро» и через Медведовку вдоль железной дороги —- к станции Луполово. На рассвете 27 июня после короткой артиллерийско-минометной подготовки 609-й стрелковый полк ворвался в предместье Могилева Луполово и к 7.00 вышел к Днепру, но мост спасти не удалось, он уже был взорван. 718-й стрелковый полк к этому же времени вышел к Днепру у железнодорожного моста , который также был взорван. 


Эти полки начали готовить переправы. 864-й стрелковый полк с приданными ему для усиления 1819-м танко-самоходным полком и противотанковым дивизионом и двумя дивизионами артиллерийской группы должен был совершить обходный маневр южнее Могилева и внезапным огневым ударом очистить противоположный Днепра и с ходу форсировать его в района Буйничи, захватить и удерживать плацдарм, а с наступлением темноты перерезать шоссе Могилев — Минск и закрепиться до переправы артиллерии и танков.


Наш марш-маневр был проведен настолько быстро и решительно, что буквально ошеломил противника. За несколько было уничтожено больше 20 огневых точек врага, Характерный случай произошел в ходе боя за переправу, Когда 18 наших  солдат под прикрытием огня и танков переправились на противоположный берег, им навстречу выбежали жители деревни Буйничи и, пренебрегая опасностью, обнимали и целовали своих освободителей — мокрых и усталых. Жители предложили нам свои услуги, стали помогать строить пешеходную переправу, таскали доски, бревна, хворост — нам удалось быстро соорудить пешеходный плавучий трап. Буквально через 40—50 минут батальоны один за другим перешли на противоположный берег и заняли боевые порядки, готовясь к отражению контратаки противника. Правда, контратаки не последовало. 


Во второй половине 27 июня к излучине Днепра, севернее моста, вышла 238-я стрелковая дивизия, а севернее деревни Полыковичи к Днепру подходили дивизии 49-й армии. Против­не, почувствовав надвигающуюся опасность, начал взрывать в городе наиболее важные объекты. В 21.45 был открыт огонь по выявленным целям из орудий и минометов всех систем и калибров. Особую роль в этом огневом ударе играли орудия прямой наводки. Именно на них была возложена задача подавления и уничтожения огневых точек противника, которые мог­ли вести огонь по местам переправы. А танки и самоходные установки 1819-го танко-самоходного полка вели борьбу с танками и самоходными орудиями противника. Им была поставлена задача не допустить ни одного танка противника к местам переправы 609-го и 718-го полков, и они, как и артиллеристы, прекрасно выполнили свою задачу.


Ровно в 22.00 был дан сигнал к штурму Днепра. Это были незабываемые минуты волнения и переживания всего личного состава. На воду одновременно вышло и погрузилось в свои примитивные плавучие средства свыше 2000 человек. В эти минуты огонь достиг предельного напряжения и велся с максимальной плотностью до тех пор, пока все наши щиты и пакеты не достигли противоположного берега, а люди не вышли из воды и не приготовились к бою.


Первый сигнал о завершения переправы был получен от командира 1-го батальона 609-го стрелкового полка капитана Фатина.  Через несколько   минут полковник   Гришаев  доложил, что 3-й батальон капитана Губарева** полностью переправлен и начал продвижение вперед — в город. 


** Вероятно, речь идет о капитане Губирове Н.Ш., который был убит в ходе боя и похоронен на Карабановском кладбище.


Просит  подавить огонь в районе больших домов (указывая цель по коду). После разговора с командиром 609-го стрелкового полка к аппарату подо­шел вступивший в командование после смерти подполковника Е. Г. Салова   командир 718-го стрелкового полка подполковник Шкадун. Он передал, что первый эшелон закончил переправу и продвигается к юго-восточной окраине города. Связи с правым флангом — 609-м   стрелковым полком нет. Ему было приказано ускорить темпы продвижения и выслать   специальную   группу для связи с Гришаевым. Командир 364-го стрелкового  полка подполковник Петров доложил, что он к 21.30 овладел населенным пунктом Тишовка и ведет огневой бой в районе железнодо­рожного поселка. Командир 2-го батальона Филонов задачу выполнил — дорогу    Могилев — Минск перерезал и ведет бой с противником, который пытается вырваться из Могилева. Подбито и сожжено несколько автомашин противника.


В начальный период после переправы полков успех развивался медленно. Выбитый из первой линии окопов и зданий, противник дрался за каждый квартал, за каждый дом. В самый разгар уличного боя прекратилась связь с командиром 1-го батальона 609-го стрелкового полка капитаном Фатиным. Были приняты все меры, чтобы восстановить ее, но безуспешно. И только около двух часов ночи полковник Гришаев сообщил, что от капитана Фатина получены хорошие вести.


Радисты быстро вошли в связь и пригласили к микрофону Фатина. Разговор был краткий: «Товарищ Фатин, это вы?» Прием: «Так точно, товарищ 01, я». Прием: «Почему не отвечали на вызов?» Прием: «Простите, товарищ 01, был очень занят, подробно доложу при встрече, а сейчас прошу указать место, куда направлять пленных. Наши захватили в плен целиком штаб 12-й пехотной дивизии и коменданта Могилева— всего два генерала, пять полковников, много других офицеров и около 700 или 800 солдат». Прием: «За хорошие вести и ваши действия — спасибо. Пленных направляйте через мост, на Луполово, он будет наведен через 30 минут. У моста их встретят».


Часа через полтора колонну военнопленных перевели через мост. Мы их направили в землянки за колючей проволокой, где оккупанты содержали наших военнопленных.


На рассвете командно-наблюдательный пункт дивизии перебазировался в Могилев и следовал за правым флангом 609-го полка. К этому времени центр города был очищен, только в северной части, в районе станции Могилев-1 и южнее Карабановки, бой продолжался.


Когда мы вышли на западную окраину, где у немцев раз­мещалась крупная продовольственная база, нагнали второй эшелон 609-го полка, здесь оказался и батальон капитана Фатина. Я пригласил Фатина к себе в машину, и он мне рассказал о ночном бое батальона в городе.




Начал с того, что несколько раз передавал большое спасибо артиллеристам, минометчикам и танкистам, которые прекрасно обеспечили переправу через Днепр и захват первой траншеи и первой линии домов. Он говорил, что фашисты были ошеломлены нашим огнем, они несли большие потери и вынуждены были оставить первую позицию и укрыться в глубине, а воины батальона тем временем незаметно подошли и захватили первую линию окопов и домов почти без боя. А когда немцы опомнились и пытались вернуть потерянное, встретили их таким огнем, что враг не выдержал, стал отходить, беспорядочно  отстреливаясь на ходу.


Фатин рассказал, что батальон на плечах убегавших ворвался в центр города. В одном из переулков увидели грузовые автомашины. Автоматчики быстро ими овладели, захватив и обезоружив несколько немецких водителей. Все машины были на ходу. И, посоветовавшись с командирами рот, Фатин принял решение посадить людей на немецкие машины и быстро проехать через центр города на западную окраину. Но проехать через город не удалось. На центральной улице они уперлись в сплошную колонну немецких автомашин и только успели оста­новиться, как сзади буквально подперли тоже немецкие автомашины. Получилось, что наши оказались в середине немецкой колонны.


В этой исключительно сложной для батальона обстановке капитан Фатин принимает смелое решение: представиться немецкому командованию в Могилеве парламентером. Он быстро высаживает из машин своих людей, строит их в колонну по два. Головному солдату закрепляет белую тряпку на штык, коротко объясняет людям, что делать, и через разведчиков обращается к немцам, чтобы их провели в штаб 12-й пехотной дивизии. Два немецких офицера повели их в штаб.


Капитан Фатин представился как представитель от Красной Армии, прибывший с предложением прекратить сопротив­ление за город. Нарисовал такую обстановку, при которой сопротивление гарнизона бесполезно. Он сказал, что южнее Могилева через Днепр переправилось несколько наших дивизий и что они уже вышли на дорогу Могилев — Минск и отрезали отход, что севернее Могилева через Днепр переправились несколько наших корпусов и механизированная армия, которая также передовыми частями вышла на минскую дорогу. Таким образом, город Могилев полностью окружен, и командование Красной Армии ожидает ответа на предложение о капитуляции ровно через 40 минут. Через несколько минут во дворе немецкие солдаты стали складывать свое оружие и выстраиваться в колонну.


Капитан Фатин после признался, что даже несколько растерялся, когда немцы приняли предложение о капитуляции, не знал, что с ними делать. Но тут же сообразил, что нужно об этом доложить командиру полка.Приказал радисту вызвать полковника Гришаева и коротко доложил, что немецкое командование-де наши условия принимает. Офицеры и солдаты складывают оружие, нужно  указать место, куда направлять. Командир полка, поняв  в чем дело,дал соответствующие указания.


Так сложились обстоятельства, что решающую роль в завершающий период боя за Могилев сыграли командиры батальонов капитаны Филонов и Фатин. 


За успешно проведенную операцию по разгрому могилевской группировки нацистских войск и освобождение области и города Могилева дивизия была награждена орденом Красного Знамени. 22 человека за эти бои получили звание Героя Советского Союза, в том числе командиры полков — полковник В.И. Гришаев и полковник Петров, командиры батальонов капитан Фатин и капитан Филонов.


Из книги «Солдатами были все», 1972 год. 
Фото носят иллюстративный характер.


Друзья, оцените данную статью и оставьте свой комментарий по этой теме!